Денис Кокорин

arnold_karasev@mail.ru — Tue, 09 Mar 2010 11:29:47 GMT

Есть мнение, что:

За злом и добром не стоит ничего.
С высоких небес вдали от всего
Судьба, что Богом народ называет,
Без всякого зла и добра управляет.

Смех или плач…не имеет значенья:
Первое – просто мышц сокращенье.
Второе – вода и немножечко соли.
Судьба же не знает о смехе и боли.

Фернандо Пессоа

(Перевод с португальского Кокорина Дениса)

Nem o bem nem o mal define o mundo.
Alheio ao bem e ao mal, do céu profundo
Suposto, o Fado que chamamos Deus
Rege nem bem nem mal a terra e os céus.

Rimos, choramos através da vida.
Uma coisa é uma cara contraída
E a outra uma água com um leve sal.
E o Fado fada alheio ao bem e ao mal.

А вообще заходите ко мне сюда fernando_pessoa , кто не знает.

arnold_karasev@mail.ru — Sun, 23 Aug 2009 06:39:52 GMT

И так всю жизнь...

Кухня. В ней есть стол. На столе стоит графин с прозрачной жидкостью, тарелка с сырами и вкусно приготовленные баклажаны. В графине жидкость выглядит лучше, чем в бутылке. Особенное если кухня обшита деревом. Еще есть окно. Да, телевизор тоже есть, но о нем в конце. У окна стоит девушка. Она ждет. Ведь уже половина девятого, а Сергей обещал прийти в восемь. Она волнуется. Наверное, что-то случилось. Наверное... Звонок. Девушка кидается к двери. Вот он! В испачканной одежде и с разбитой губой. Его побили.

- Тебя побили?

- Да. И средство моего брата не помогло.

Они проходят на кухню и садятся за стол.

- Давай выпьем.

- Давай.

Выпивают. Закусывают баклажанами.

- А я, видишь, все сделала, как ты просил. А какое средство?

- Очень хорошо сделала. Мой брат говорил, что от быдло можно отделаться, если отвечать на их вопросы «Да, и наоборот». Он говорил, что это ставит в тупик.

- И что?

- Их было трое. Один спросил, есть ли у меня сигареты. Я ответил «Да, и наоборот». Началась драка. Вот, разбили губу.

- А ты?

- Что я?

- Ты дал им сдачи?

- Ну да...вернее, нет. Я убежал. Давай еще выпьем.

Звонок. Они удивленно переглядываются и идут открывать. На пороге стоит молодой человек. Он выше Сергея на полголовы и заметно шире его в плечах.

- Здравствуй, Света.

- О, привет. Уже выписался?

- Да. Теперь свобода! А это кто?

- А это мой друг Сергей.

- Интересное имя. Сергей в переводе с испанского означает – быть геем. Впрочем, это неважно.

Сосед проходит на кухню.

- У вас хорошо! Выпьем?

Они выпивают. Сергею не нравится Светин сосед. Он ему противен.

- Удивительная история. В первый день в больнице ко мне подходит доктор и спрашивает: «Тебе простату щупали?» – Я отвечаю: «Нет». – «Ну тогда пойдем», – говорит он мне. А он такой огромный здоровый мужик. Похож на мясника и на хирурга. Я шел за ним по корридору и мне было очень страшно. Мы заходим в кабинет, он садится на стул и говорит: «Снимай штаны».

- Кошмар!

- Абсолютный кошмар. Но таковы правила. К счастью, спас меня случай. Веревочка, которая держала на мне треники, завязалась на два узла. Я долго пытаюсь ее развязать, нарочно оттягивая момент унижения. А доктор так по доброму смотрит на меня и спрашивает: «С девушкой ты тоже будешь так долго штаны снимать?» Я отвечаю: «Нет, с девушкой на мне будут другие штаны». Тогда он улыбается и говорит: «Ладно, иди». Если спросят, скажи, что простату щупали.

- Да. Повезло тебе.

- Ну ладно. Ко мне сейчас друзья придут. Если будет желание, заходите.

- Посмотрим.

- Рад знакомству...Сер-гей.

- Угу.

Они жмут друг другу руки. Сергей, не зная от чего, чувствует себя ничтожеством. Сосед уходит.

- Владик – личность. Он закончил филфак МГУ. И еще он пишет стихи.

Сергей растерянно смотрит в пол. У Светы приличная грудь и красивые ноги. А он чувствует себя ничтожеством и почему-то вспоминает школьную диспансеризацию: Он стоит перед доктором со спущенными штанами. Он еще маленький мальчик, а доктор молодая красивая девушка, которая, указывая пальцем на его детское достоинство, спрашивает:

- Что это?

Он в панике. Он багровый от стыда.

- Как что?

- Я спрашиваю, что это такое?

Ему хочется немедленно умереть.

- Ну, как…э-это.

Но девушка доктор начинает смеяться. Смеяться!!!

Света видит, что он смущен, и это ее забавляет.

Опять звонок. Снова сосед. С гитарой.

- Да! Я же, пока в больнице лежал, песню сочинил!

Он проходит на кухню, садится на стул и начинает петь:

- Я хочу с тобою лечь,

Я хочу с тобой зажечь,

Но ты не можешь даже встать.

Ты пьяная. Еб твою мать...

Света в восторге. Она смеется.

- Ну, ладно. Я пойду. А то все уже пришли.

Он наливает себе стопочку, выпивает и уходит.

- Он смешной! Правда?

- Да. Забавный. Извини, я выйду покурить.

- Да. Конечно.

На лестничной клетке курит Владик. Он хитро смотрит на Сергея. Сейчас он наверняка начнет задавать каверзные вопросы. И точно:

- А ты Светку хоп?

- Чего?

- Ну, чух-чух?

- Нет.

- А зачем пришел?

- Просто... повидаться...

- Больше так не приходи.

Сергей больше не хочет курить. Он звонит в дверь.

- Тебя побили?

- Что?

- У тебя разбита губа.

Сергей растерянно смотрит на Свету.

- Владик, это ты его так?

- Ты что. Зачем это мне.

- Ну тогда заходите.

Они проходят на кухню. Света садится рядом с Владиком. Сергей растерянно смотрит на Свету, которая нежно смотрит на Владика, который с вызовом смотрит на Сергея. Ему не по себе. Он наливает себе стопочку, выпивает и закусывает баклажанами.

- Кстати, познакомься, - говорит вдруг Света, - Это - Сергей.

- Интересное имя. Сергей в переводе с испанского означает – быть геем. Впрочем, это неважно.

Серега больше не может терпеть издевательств. По крайней мере, ему так кажется. Со Светой у него, очевидно, ничего не будет. Следовательно, здесь ему делать нечего. Поэтому он встает и выходит…

Но на пороге он сталкивается лицом к лицу с Владиком. Владик с восторгом смотрит на Сергея:

- Старик, я починил ее! Послушай!

Он медленно проводит по струнам, и весь подъезд наполняется ля минором.

- Ну, как? Звучит? – спрашивает Владик.

- Да, звучит, - отвечает Сергей.

- Ну, тогда пойдем, выпьем.

Они заходят в квартиру. Света с криком бросается Владику на шею.

- Ушастый! – кричит Света.

- Креветка! – кричит Владик.

Они обнимаются и что-то шепчут друг другу.

Сереге становится как-то тоскливо и тревожно. Он начинает о чем-то думать, но ход его мыслей внезапно прерывает Владик:

- Кстати, Светик, познакомься: мой приятель Сергей.

Света с интересом разгладывает Серегу, который почему-то зажмуривается и начинает быстро чесать щеку.

- Ну, пойдемте выпьем. Я как раз баклажаны приготовила.

Они проходят на кухню. Света садится к Владику на колени. Они начинают чувственно целоваться.

- Да, кстати, - говорит вдруг Света, обрящаясь к Сереге, - А ты знаешь, что Сер-гей в переводе с португальского означает быть геем.

- Да, - подхватывает Владик, - С испанского тоже. Ты случайно не гей?

- Да черт его знает, - говорит Серега и задумывается, - Может уже и гей.

- Ну-ну, - в один голос отвечают Света и Владик и снова начинают целоваться.

Владик ведет себя очень уверенно. Он не только личность, но и мачо. Он способен на все. Сейчас он наверняка будет делать с ней хоп, чух-чух. И точно... Владик берет Свету в охапку и уносит ее в комнату.

- Мы сейчас, - бросает он Сереге и закрывает дверь.

Света кричит. Ей, видно, хорошо.

- Ну, ладно, пойду, - говорит, вставая, Сергей.

Он подходит к двери и оборачивается. На столе стоит графин с прозрачной жидкостью, тарелка с сырами и вкусно приготовленные баклажаны. В графине жидкость выглядит лучше, чем в бутылке. Особенно, если кухня обшита деревом.

- Черт, хорошо на кухне. Пожалуй, останусь.

Он снова садится за стол, наливает себе стопочку, выпивает и закусывает баклажанами.

Заключительная мизансцена.

Владик трахает в комнате Свету. Света стонет от удовольствия.

- Шлюха! – кричит Владик.

- Твоя шлюха! – отвечает Света.

А Серега сидит на кухне, пьет водочку, кушает баклажаны и смотрит телевизор. На кухне хорошо. Но в комнате лучше…

И так всю жизнь…

arnold_karasev@mail.ru — Wed, 22 Jul 2009 20:54:00 GMT

Случай связанный с дружбой.

Кухня. За столом сидит аспирант и что-то пишет. Он расстроен и взволнован. По кухне ходит профессор. Он держит в руках кипу бумаг. Профессор недоволен. Он отчитывает аспиранта.

Профессор: Роман, ну что вы написали. А? Ну, как вам не стыдно. Вы же взрослый человек. Ученый, можно сказать. Я ожидал, что вы будете копаться в теории магнитного поля, а вы?

Аспирант: (Высоким голосом) Ну, Вальдемар Маркович, я же просто хотел показать что такое физика. Ведь в школе безразличные как к предмету, так и к ученикам преподаватели так часто настолько отбивают у детей охоту заниматься этим делом, что человек, заканчивая школу, просто ненавидит физику. А ведь вы сами знаете как это интересно. Возьмем хотя бы йодные часы Белоусова-Жаботинского. Главное, ведь, только правильно показать человеку предмет. Сделать так, чтобы человек увидел самые интересные стороны этого предмета. И ведь главное…

Профессор: Ну, ладно, ладно. Раздухорился…

Аспирант: Ну, что раздухорился…Вы же говорите, что никуда не годится…

Профессор: Естественно не годится…для научной работы.

Аспирант: Ну, почему же не годиться? Я же вам все сейчас объяснил!

Профессор: Хорошо. (Капается в листах. Ищет нужное место). Вот здесь ты пишешь…(читает) «Берем скляночку с одной прозрачной жидкостью, затем другую скляночку с другой прозрачной жидкостью и выливаем эти жидкость в третью скляночку, которая побольше. И что у нас получается? Правильно, красненькая жидкость».

Аспирант: Ну, да, я написал…

Профессор: Что ну, да? Какая это физика? Это же чистой воды химия!

Аспирант: Ну, правильно. Вы же открыли раздел «немного о химии».

Профессор: (нервничает) А на хрена мне твоя химия на кафедре общей физики?

Аспирант: Ну, это же только в приложении. Основная же часть работы посвящена физике.

Профессор: Ох, Господи! (снова ищет нужное место в бумагах) А вот здесь ты пишешь….(Ищет) Вот. «Мальчик встает на крутящийся тренажер-тарелку и расставляет в сторону руки. Учитель какое-то время раскручивает мальчика. Когда учитель перестает раскручивать мальчика, мальчик прижимает руки к груди и начинает крутиться быстрее. Почему? Очень просто. Потому что сместился центр тяжести».

Аспирант: Ну, а что…разве это не так?

Профессор: (Очень нервно. Почти орет) Так. Но это же не научная работа. Ты же, черт бы тебя побрал, хочешь получить ученую степень! Ты физик! А с этой работой нужно в педагогический идти. Или куда там…

Аспирант: Ну, Вальдемар Маркович….

Профессор: Подожди, я сейчас приду.

Профессор уходит в туалет. Аспирант тяжело вздыхает.

Аспирант: (плачущим голосом) Ох, Господи, ты…

Аспирант начинает что-то писать в блокноте. В этот момент за дверью раздается крик алкоголика: «Куда гадишь, гад» и вопль профессора. Аспирант выбегает из кухни. Профессор стоит около туалета. Дверь туалета закрыта. Профессор тяжело дышит. Он очень напуган.

Аспирант: Что с вами, Вальдемар Маркович? Кто это кричал?

Профессор: А черт его знает, кто. Я, это…

Из туалета раздается крик алкоголика: «Смой, гад! Немедленно смой!

Профессор: (испуганно) Что смыть-то?

Голос: Дерьмо свое смой. Задыхаюсь же.

Профессор быстро открывает дверь, подбегает к унитазу, нажимает на слив и тут же выбегает. Закрывает дверь. Профессор и аспирант прижимаются ушами к двери. Слушают.

Голос: Эй! Э-эй!

Профессор: Что? Что-то не так?

Голос: Когда у тебя понос, нужно пользоваться ёршиком!

Аспирант: Вальдемар Маркович, у вас понос?

Профессор: (аспиранту) Да, подожди ты? (голосу) Хорошо, я сейчас войду и все вытру. Но вы обещаете меня не трогать. Договорились?

Голос: Да чем я тебя потрогаю? У меня и рук-то нет!

Профессор включает свет, входит в туалет, берет ёршик и начинает чистить унитаз. Аспирант стоит в дверном проходе и непонимающе смотрит на профессора.

Аспирант: Вальдемар Маркович, это…у вас такое развлечение?

Голос: Какое развлечение, дурак. Тебе бы харю дерьмом измазать, я бы посмотрел..

Аспирант изумленно смотрит на унитаз.

Аспирант: (профессору) Это что, он говорит?

Голос: А ты что, слепой? Не видишь что ли?

Профессор: (ставя ёршик в подставку и удивленно глядя на аспиранта) Роман, я сам ничего не понимаю.

Голос: (возмущенно) Не понимает он. Нагадил мне, можно сказать, в душу, а теперь он, видите ли, ничего не понимает.

Профессор: Вы меня простите, я же ничего не знал.

Голос: (обиженно) Не знал он… Выпить есть чего?

Профессор и аспирант изумленно переглядываются.

Профессор и аспирант: (хором) Выпить?

Голос: А вы что глухие? Выпить.

Аспирант: Это что, водки что ли?

Голос: Ох, дурак, конечно ее. Водочки.

Профессор: Дома-то у меня нет, но я сейчас пойду, у соседа спрошу.

Голос: Давай, сходи. Только пусть студент останется. А то мне скучно одному.

Профессор выходит в общий коридор, звонит в дверь соседа напротив. Из-за двери раздается голос алкаша:

Григорий Кузьмич: Кто там.

Профессор: Это я, Григорий Кузьмич. Можно вас на секундочку.

Кузьмич открывает дверь.

Кузьмич: Профессор, мой любезный друг, чем обязан?

Профессор: Григорий Кузьмич, тут такое дело…Не знаю даже, как об этом сказать.

Кузьмич: Говорите профессор, как подсказывает вам сердце. Я все пойму.

Профессор: Хорошо. Я скажу вам прямо. У меня завелся говорящий унитаз, который просит выпить!

В туалете. Аспирант сидит на краю ванной, смотрит на унитаз.

Голос: Сынок, выключи свет этот. А то глаза режит.

Аспирант встает, выключает свет, снова садится на край ванны напротив унитаза.

Голос: Как учеба-то?

Аспирант: Да не очень. Вот профессор только что зарубил мою научную работу. Я ведь, понимаете, хотел, чтобы дети любили физику. Ведь после школы у них очень часто пропадает всякое желание заниматься этим предметом. Ведь преподавателям же совершенно наплевать как на физику, так и на учеников. Они совершенно не заботятся о том, как дети относятся к их предмету. А ведь фундамент личности закладывается еще в школе. И…

Голос: Постой, постой, а как твоя работа называется?

Аспирант: определяющие аспекты формирования благоприятной среды для восприятия основных понятий элементарной физики для детей от 7 до 12 лет.

Голос: Охренеть. И в чем же заключаются определяющие аспекты?

Аспирант: Ну, если вы готовы слушать?

Голос: Конечно готов. Я всегда готов к получению новых знаний. Я вообще открыт для всего нового. Мой мозг способен вместить и переработать просто невероятное количество информации. И мои аналитические способности позволяют моему интеллекту проникать в такие глубины бытия, которые еще несколько столетий будут недоступны для человеческого познания. Я, я и только я...

В этот момент включается общий свет. Входят профессор и Григорий Кузьмич.

Профессор: (Указывая Кузьмичу на унитаз) Вот он, Григорий Кузьмич.

Кузьмич подходит к унитазу и садится перед ним на корточки.

Кузьмич: Мне сообщили, любезный, что вы имеете желание выпить?

Голос: Вот, наконец, слышу голос интеллигентного человека. Вас не обманули, таинственный незнакомец. Я действительно имею желание выпить?

Кузьмич: И я подозреваю, что вы хотите не иначе, как водочки?

Голос: Ее, искуситель! Ее желает мое ненасытное нутро!

Кузьмич: Ну, и вы, я полагаю, не намерены заниматься этим в полном одиночестве?!

Голос: Как можно. Конечно, я бы хотел разделить ее с вами.

Кузьмич поворачивается к профессору и аспиранту.

Кузьмич: Молодые люди, извольте оставить нас.

Профессор: Ну, раз уж такое дело…То мы можем вернуться к нашей работе.

Кузьмич и голос: (хором) Великолепная идея!

Профессор и аспирант выходят. Кузьмич достает бутылку водки, две стопочки. Наливает.

Кузьмич: (держит две стопочки) Я хочу поднять этот бокал за наше с вами неожиданное знакомство, которое, я надеюсь, в результате разовьется в крепкую мужскую дружбу, основанную на взаимоуважении и огромной взаимной симпатии!

Голос: Великолепные слова, друг мой. Я бы со своей стороны хотел бы добавить, что мы с вами обязательно найдем немало тем для разговоров, которые непременно скрасят пасмурные будни двух пожилых людей!

Кузьмич: Виват!

Голос: Виват!

Кузьмич выпивает водку из одной стопки, одновременно выливая содержимое второй стопки в унитаз.
Кузьмич: (жестикулируя) Я очень рад, мой дорогой друг, что я встретил вас.

Голос: И я несказанно счастлив, что вы повстречались на моем пути…

В это время на кухне аспирант сидит за столом, смотрит на профессора. Профессор ходит туда сюда, жестикулирует, продолжая отчитывать аспиранта.

Профессор: Я понимаю, намерения у тебя благородные – привить детям любовь к физике. Но ты представляешь, что скажет профессор Щеглов, когда я покажу ему твою работу…

Аспирант: Вальдемар Маркович, ну, почему вы, старшее поколение не можете мыслить шире…

Голоса аспиранта, профессора, Кузьмича и его друга сливаются в кучу.

В этом момент в комнате за большим письменным столом сидит рыжеволосая девушка.

Девушка: (низким, тягучим голосом, медленно) Вот таким вот образом в обычной московской однокомнатной квартире могут иногда происходить настоящие чудеса. Тут, конечно, сразу хочется вспомнить слова нашего дорогого профессора Роберта Щеглова, который во время одной из своих лекций как-то сказал, что согласно теории вероятности подарок от судьбы можно получить где угодно, даже в общественном туалете. Главное, что случается это всегда внезапно. И в этом вы сами смогли сейчас убедиться. Кто-то, посмотрев наш сюжет, наверно, скажет, что так не бывает, что друзей просто так не находят, что все это выдумки сценариста. Кто-то тяжело вздохнет и подумает, какой же может быть друг из унитаза, пусть даже говорящего. Но кто-то, какой-нибудь одинокий человек, посмотрев наш сюжет, обязательно почувствует, как исцеляющее тепло надежды медленно наполняет его сердце и, оглядевшись вокруг, он вдруг обнаружит столько прекрасных вещей, которые черная пелена одиночества прежде скрывала от его глаз: замерзший в причудливой форме плевок соседа на стекле его окна, или выкатившаяся из носа ребенка сопля, что так забавно блестит на солнце. И многое другое. И кто знает, может быть завтра он, наконец, встретит того самого доброго друга, о котором он мечтал с самого детства.

С вами была Прасковья Казинак. Любите друг друга. Чмоки-чмоки.

Занавес.

arnold_karasev@mail.ru — Tue, 26 May 2009 18:19:12 GMT

Here's my cowboy! Ivan Denisovich Kokorin!

А вот мы выписываемся... Папа,мама, Ваня...

arnold_karasev@mail.ru — Tue, 19 May 2009 05:28:50 GMT

Теперь нас трое!!!

Умер Рауль Альфонсин

arnold_karasev@mail.ru — Wed, 01 Apr 2009 11:37:00 GMT

Вчера в возрасте 82-х лет от рака легких скончался бывший президент Аргентины Рауль Альфонсин (1983-1989), который, придя к власти, не только восстановил в стране конституционный строй, но и впервые в истории Латинской Америки привлек к уголовной ответственности лидеров военной диктатуры (1976-1983), унесшей жизни многих тысяч аргентинцев.

arnold_karasev@mail.ru — Wed, 25 Feb 2009 10:13:37 GMT

Знаю, что настоящему мужчине не подобает так говорить о женщинах, но...

Гимн красоте и вкусу.

(Возмутительные стишки)

Не то чтоб очень жарко,

Но солнце светит ярко.
И девушки стремятся

Открыто одеваться:

Ведь летом все они на море отдыхали,

Где много дней подряд на солнышке лежали.

В общем, загорали.

Но только до гармонии нету девкам дела,

Ведь главное для них любимое их тело!

Им нравится в обтяжку штанишки надевать.

(Можно все прыщи на жопе сосчитать!)

А лишний килограмм

Свисает по бокам.

И топик нацепить девчоночкам неймется.

Плевать, что при ходьбе жир весело трясется!

Им хочется любовь в глазах ребят зажечь.

И взглядов восхищенных скорей к себе привлечь!

Посмотрел я молча и вздохнул устало.

Как же надоело видеть это сало!

arnold_karasev@mail.ru — Sun, 14 Dec 2008 07:44:52 GMT

Вот уже два с половиной часа как мне 30... Никакой разницы...Спину только разве что прихватывает... И папа обещал наконец набор отверток подарить... Дорос. Ура.

arnold_karasev@mail.ru — Sun, 05 Oct 2008 13:07:25 GMT

Я очень люблю этого поэта!
Я очень люблю это стихотворение!
И мне...очень нравиться мой перевод...!:)))

Лают где-то собаки.

Пахнет травой и цветами.

Мерцает луна в полумраке.

Глаза закрываются сами.

Но этот призрачный сон,

Сквозь который мерещится поле,

То меня окутает он,

То снова отпустит на волю.

И в этом блаженном царстве,

Что ни зла ни добра не знает,

Мир кажется мне лишь пространством,

В котором собаки лают.

Ladram uns cães a distância
Cai uma tarde qualquer,
Do campo vem a fragrância
De campo, e eu deixo de ver.

Um sonho meio sonhado,
Em que o campo transparece,
Está em mim, está a meu lado,
Ora me lembra ou me esquece,

E assim neste ócio profundo
Sem males vistos ou bens,
Sinto que todo este mundo
É um largo onde ladram cães.

(Перевод с португальского Кокорина Дениса)

И, кстати, заходите в мой филиал...кто не знает:

fernando_pessoa

arnold_karasev@mail.ru — Sat, 20 Sep 2008 08:30:52 GMT

Хомячок или экологическая беспечность.

- Ух ты, какой хорошенький! Дай мне подержать его.

- Хрен тебе! Он только мой.

- Мама, Андрюша сказал “xрен”!

- Андрей, что это такое? Чтоб я больше не слышала!

- Ну дай же мне его скорее!

- Стукачка. Хрен тебе, а не хомячка.

- Мама, Андрюша не дает мне подержать хомячка.

- Какого хомячка?

- Тише ты, дура. Хочешь, чтоб мама выбросила его на улицу?

- Это она игрушку хомячком называет.

- Разбирайтесь сами.

- Дай мне подержать! А я тебе дам Светкин телефон.

- Держи.

- Ух, какой хороший! Где ты его взял?

- Давай телефон.

- Зачем тебе? У нее парень есть.

- Отдавай хомячка.

- Ладно. Записывай.

Андрей записал телефон и довольный пошел звонить Светке.

На следующее утро, войдя в свою комнату, Андрей удивленно приподнял брови. И было от чего: хомячок был размером с крупного котенка. Он сидел в коробке и, громко фыркая, ел траву. Елена лежала на кровате и смотрела на хомячка:

- Может это морская свинка?

- Нет, не похоже. Да и как? Он ведь стал больше раза в три-четыре.

- Он так кричал с утра, что пришлось пойти, нарвать ему травы.

Андрей сел на кровать.

- Что это у тебя там?

- Где?

- Вон, фиолетовое из кармана торчит.

Андрей потянул за ламку и достал из кармана лифчик с тремя кружевными чашечками.

- Светкин что ли?

- Скорей всего да.

- Быстро ты.

- А то.

- Что будем с ним делать?

- Подождать надо. Пару дней. Мама еще не видела?

- Нет. Она утром на дачу уехала. К этому… как его…

- Георгий Сергеевич.

- Да, к нему. Рано. Часов в шесть.

- Откуда ты знаешь, что к нему?

- Чешую долго начищала. И белье взяла кремовое.

- Тогда это дня на три.

- Как минимум.

- Ладно, мне нужно поспать.

- А на работу?

- Меня заменят. Я договорился.

Андрей благополучно проспал до вечера. А проснувшись и съев три песочных пирожных, он принял душ, переоделся и снова пошел к Светке. Домой он вернулся часа в три ночи совершенно пьяным и, не раздеваясь, лег спать.

III

Следующим утром, с трудом открыв опухшие глаза, Андрей провел рукой по потемневшей чешуе своего лица и увидел Елену, которая сидела на краю его кровати, держа на руках небольшого медвежонка, и плакала:

- Она сказала мама! Ты понимаешь! Она сказала мама!

Андрей сел, пошарил правой рукой под подушкой и, достав бутылку синего пива, быстро открыл ее и сделал несколько жадных глотков.

- А почему ты говоришь «она»?

- Потому что это девочка! Соня!

- Так у нее ж ссачка между ног болтается?

Елена пошарила у медвежонка между ног и, нащупав приличную ссачку, серьезно посмотрела на брата:

- Час назад ее не было.

- Ты просто не обратила внимания.

- Нет, ее не было. Она утром опять начала визжать, как вчера. Голодная была. Я встала и хотела сходить за травой, а потом еще поспать, но она вдруг сказала «мама». Я сразу подбежала к ней и всю ее осмотрела: ведь вчера-то мне не пришло в голову узнать, кто это – мальчик или девочка. Вот. И я назвала ее Соней. Сонечкой. А сейчас…

Елена растерянно посмотрела на брата и непроизвольно подвигала правой рукой, которой она сжимала Сонькину ссачку.

- Ты что делаешь, дура! Извращенка!

Елена испуганно отдергнула руку и, густо покраснев, опустила медвежонка на пол.

- Мухтаром, что ли, назвать?

- Ты что, это же уже человечек почти! Борей назовем. Боренькой.

Боренька развивался чрезвычайно быстро. На второй день после своего первого «мама» он свободно заговорил по-русски. На третий стал большим любителем нефильтрованного синего пива, а через неделю он уже был выше Андрея на две головы и значительно шире его в плечах. Так как мама Елены и Андрея решила пожить какое-то время у Георгия Сергеевича, квартира была в полном распоряжении ребят, которые с восторгом наблюдали за развитием своего хомячка. Борис быстро научился показывать сложные карточные фокусы, готовить вкуснейший борщ и хватать Елену за грудь. Андрей был очень доволен успехами своего питомца и, после того, как Боря, выпив три бутылки синего пива, приподнял бровь и со значением сказал: «Пока у меня на руках есть хоть один палец, я мужчина!» - Андрей понял, что настало время выводить Бориса в люди. Елена никому не хотела отдавать своего «сынулю», но согласилась с братом, что «без общества Боренька не сможет стать личностью».Они купили ему одежду, обувь и стали ходить с ним сначала в гости к своим друзьям, а потом и в ночные клубы.

Через месяц добрая половина девушек города была безумно влюблена в Борю: он был высок, строем, красив и «бешенно сексуален». Более того, все считали его иностранцем, ведь его тело было покрыто мягкой золотистой шерстью, а не чешуей как у жителей города. И хотя это значительно уменьшало шансы остальных парней найти себе спутницу на вечер, они не держали на Борьку зла: ведь даже мужчины не могли устоять перед его физическим совершенством. Елене с Андреем нравилась идея иностранного происхождения их Бореньки, и поэтому, представляя своего питомца, они говорили: « Боря Хомячков, сын наших очень дальних родственников - имигрантов в Гондурас в шестом поколении».

Полина Алексеевна жила в центре города, на четвертом этаже, в старой двухкомнатной квартире, где на полках стояло много книг, а на стенах висели пейзажи и натюрморты. Андрей приходил ее проведать почти каждый день, приводя разных девиц, чтобы посмотреть на их растерянные лица, когда они, раскрыв рты, разглядывали старые фотографии его пра-пра-прабабушки, на которых она демонстрировала свое прежне прекрасное тело. Но не белая кожа заставляла девушек поднимать взгляд с фотографий и недоуменно смотреть по сторонам, как бы пытаясь найти ответ в странном убранстве этой квартиры, а ДВЕ пышных груди, что Полина Алексеевна кокетливо мяла в своих руках, позируя перед самыми известными фотографами того времени. Да, Полина Алексеевна принадлежала к той эпохе, о которой современное поколение знало только из учебников истории. По официальной статистике, таких, как она в этой огромной стране оставалось не более восьми человек. Это были последние живые напоминания о том, что когда-то мир был другим. Ей было 164 года. Она очень любила своего пра-пра-правнука Андрюшу. С Еленой она практически не общалась, так как с восемнадцати лет предпочитала иметь дело только с мужчинами. И именно к ней пришел Андрей за советом, после того как Елена сообщила ему, что у них с Борей будет «маленький».

- Один пришел? Странно. Садись. Сейчас принесу чаю.

Андрей прошел в комнату, сел в кресло и взял со стоящей рядом тумбочки большую черную книгу. «Рассовая теория до 1917 года», - прочитал он и улыбнулся.

- Бабуль!

- Чего?

- А что это ты за книгу такую читаешь?

- Погоди, сейчас приду.

Полина Алексеевна вошла в комнату, неся в руках большой поднос с чашками и чайником.

- Убери скорей книги со стола.

Андрей встал, взял книги и положил их на тумбочку.

- И столик к креслу придвинь.

- К какому?

- Ну к своему, конечно. Давай быстрее. Мне же тяжело!

Андрей придвинул столик к креслу, затем взял у Полина Алексеевны поднос и поставил его на столик. Бабушка села на маленький деревяный стульчик и начала разливать свой странный, темно-красного цвета чай.

- Ну, что там у тебя?

Андрей сделал большой глоток ароматного чая.

- Эх, какая ж вкуснотища! Где ты его все-таки берешь?

- Есть места. Но они только для взрослых.

Палина Алексеевна улыбнулась.

- Бабуль, тут такое дело… У нас был хомячок… И он это… подрос. Вот. И…

- Боря Хомячков. И что с ним?

- Ты его знаешь?

- Андрюша, брат твоей матери держит все ночные клубы в округе. Естественно, я все знаю. Что там случилось у вас?

- Ну, вот… И он с Еленой это… хоп-хоп, и у них… В общем, у них будут дети.

- И что?

- Ну, не знаю… Все-таки хомячок.

- Где ты его взял?

- На рынке купил. Он так смотрел на меня...как человек прям.

- А что тебя, собственно, беспокоит?

Андрей удивленно посмотрел на Полину Алексеевну.

- Ты же пьешь синий чай, пьешь синее пиво, окучиваешь баб с тремя титьками, чешую свою машинным маслом чистишь…

- Ну уж не машинным маслом.

- Не важно. Главное, что ничего особенного случится не может, потому что все уже случилось. Ну, родится у них ребенок в шерсти и с четырьмя яичками, ну и что…

- А если девочка родится?

- Ну, будет волосатая девочка. Все же лучше, чем в чешуе.

Полина Алексеевна с тоской посмотрела на затянутое красными тучами небо и вдруг заплакала.

- Бабуль, ты чего?

- Иди домой, Андрюша, и не о чем не беспокойся. Дети их будут хотя бы нормального роста.

Полина Алексеевна встала и медленно пошла на кухню. Андрей посидел еще немного, затем снова взял в руки «Рассовую теорию до 1917 года» и наугад открыл ее. На странице было изображено два штатива, на одном из которых был установлен человеческий череп, а на другом какой-то измерительный прибор. Над изображением было написано «Знаки вырождения». Андрей недоуменно пожал плечами, закрыл книгу и положил ее на стол.

- Хм…

Наконец, он сделал еше один глоток темно-красного чая, встал и пошел домой… А может, к Светке…Кто знает?..

arnold_karasev@mail.ru — Sun, 17 Aug 2008 12:17:13 GMT

Рабочие записки.
1
Спустился сейчас вниз, покурить... Стоят два араба, между которыми происходит следующий диалог о погоде:
- Хуйня, пиздец!
- Да. Полная хуйня. Слушай, а за сколько дней я смогу до Казани на велосипеде добраться?

arnold_karasev@mail.ru — Fri, 08 Aug 2008 17:11:59 GMT

Экспромт.

- Эй! А ну, стой!

- А?

- Что это у тебя там…в ящике?

- Да так…букашки всякие. Жучки, червячки. Бабочки есть.

- Рыбак, что ли?

- Нет. Биолог.

- Биолог говоришь. Ну-ка, покажи своих червей.

- Да червей у меня не так уж и много.

- Не юли. Давай, показывай.

Парень открыл большой деревянный ящик, достал оттуда жестяную банку и протянул ее охраннику.

- Вот, смотрите. Там только аннелиды…то есть, кольчатые черви.

Охранник аккуратно открыл банку и начал ковырять в земле пальцем.

- Что, два червя только?

- Да, таких всего два. Мне для опыта больше и не надо. А вот нематод, то есть круглых червей, у меня больше. Хотите…

- Грамотно, грамотно. И что…на удочку что ли будешь?

- Да я же вам говорю: я биолог. Не рыбак я.

- Ладно звонить. Не рыбак он. Молодой еще, вот и ломаешься. Биолог он. Ага. Дерьмантолог.

Он задумчиво посмотрел на парня.

- В Боярцево небось сейчас, а?

Парень в замешательстве посмотрел на охранника.

Угадал, а? Что молчишь?! Угадал ведь!

Охранник задорно захохотал.

- Послушайте, я ведь…

- Да ладно. Сам рыбак, знаю. Валера я.

Охранник протянул парню руку.

- Очень приятно, конечно. Сергей, лаборант кафедры биологии и вирусной…

- Да угомонись ты, дерьмантолог. Пойдем, чайку попьем.

- Но я ведь…

- Пойдем. В Боярцево к вечеру лучше. Чтоб на ночь. У Зеленчука, небось, остановился, а?

Парень тяжело вздохнул.

- Да. У Зеленчука.

- Ну вот! А говоришь…Пойдем, я тебе про него таких расскажу…

- А ящик здесь что ли оставить?

- Ох, молодняк…с собой, конечно, бери. Такие вещи долго не стоят.

Парень еще раз тяжело вздохнул, положил банку обратно, взял ящик и пошел за Валерой.

- Слушай, я так рад, что тебя встретил! А то молодежь сейчас совсем забывает про настоящие мужские дела. Охоту, небось, тоже уважаешь?

- Уважаю…Тоже.

-Во, настоящий мужик. А не то, что эти…чмошники-лаборанты-дерьмантологи. Слушай, а приезжай в следующие выходные ко мне. А? Посидим, старые байки перетрем? Ну?

- Нет, в следующие выходные будет симпоз…

Охранник строго посмотрел на парня.

То есть, в Боярцево с друзьями едем. Рано.

- А-а. Это дело. Познакомишь, с друзьями-то? Надо ж знать, кто нас потом сменит.

- Познакомлю.

- На сеть главное не иди.

- На сеть не пойду.

- Ведь настоящий рыбак - это как искусствовед. Тонкость, брат. Тонкость.

Вот так иногда появляются в жизни совершенно неожиданные интересы. Живешь себе, в голове у тебя инфузория туфелька или лучистый колчедан, а потом раз - и заболел рыбалкой на всю жизнь. И что характерно, нельзя вычислить, где тебя жизнь подловит. Но главное, как говорят глубокие люди, занимайся ты, чем хочешь, хоть в регби играй, лишь бы тонкость была!

arnold_karasev@mail.ru — Fri, 01 Aug 2008 11:00:51 GMT

Из старого... исправлено.

Билли Бонс.

Билли Бонс открыл глаза, но тут же снова закрыл их – так ярко светило солнце. Медленно поднявшись, он огляделся вокруг. Песок. Безоблачное небо. Безжалостно палящее солнце. «Что это?». Он помнил тяжелое дуло пистолета давящее на его висок. Яростный взгляд Флинта. Холодные стены трюма шхуны. Крепко сжатый в руке нож. Мёртвые глаза капитана. « Я убил его! Я убил Флинта!». Он помнил свою руку, отягощенную драгоценным грузом. Тяжелое дыхание. Выстрелы за спиной. « Карта! У меня есть карта!». Он снова огляделся. Сундучок стоял рядом. Он быстро открыл его и стал ворошить бумаги. «Вот она!». Он бережно достал свиток и развернул его. «У меня есть карта!». Насладившись, он положил свиток обратно в сундучок.

«Нужно до заката найти город».

Билли Бонс взял сундучок и сделал несколько шагов. «А куда идти?». Он остановился. Со всех сторон его окружала палящая бесконечность. Он всматривался в даль, пытаясь различить очертания города, но его взгляд везде упирался в горизонт. «Компас!». Он похлопал себя по карманам, затем открыл сундучок и начал капаться в бумагах. Компаса не было.

Тогда Билли Бонс встал и просто пошёл вперёд.

Он шёл уже несколько часов когда понял, что силы скоро оставят его. Каждый новый шаг становился всё труднее. Солнечные лучи, словно тысячи пиявок впивались в свободную от одежды плоть, высасывая драгоценную влагу. Он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. И тут он увидел их. Они были еще далеко, но он знал, что они идут в его сторону. Он хотел крикнуть, но горло было слишком сухим, чтобы рождать звуки.

- Странная одежда у этого человека.

- Он одет не как египтянин, и не как амалекитянин. Помоги ему, Рувим.

Рувим подошёл к Билли и прикоснулся ладонью к его лбу.

- Мириам, принеси воды.

Мириам дала ему кувшин. Рувим поднёс его к потрескавшимся губам Бонса, и тот, не открывая глаз, начал жадно пить. Утолив жажду, Билли Бонс медленно открыл глаза. Рувим с интересом разглядывал его.

- Ты не похож на людей живущих в этих краях. Как ты сюда попал?

- Я…не помню – ответил Бонс, собирая воедино вновь обретенный голос.

- Откуда ты знаешь наш язык?

- Я… не знаю.

- Как зовут тебя?

- Билли.

- Странное имя. Куда ты идешь?

- Я хотел выбраться от сюда.

- Один ты умрешь в пустыне. Но ты можешь пойти с нами. Правда, Моисей?

Моисей посмотрел Бонсу в глаза и сказал:

- Сейчас ты можешь идти с нами, а когда мы достигнем горы, ты сам решишь что тебе делать. А теперь вставай. Нам нужно продолжать путь.

Засвистели хлысты, заскрипели повозки, и Билли Бонс, затерявшись в многотысячной толпе, двинулся дальше.

Вечером, когда солнце скрылось за горизонтом, он ел сладкие лепёшки и пил чистую воду, а женщины с тимпанами в руках плясали и пели песни, славя Иегову. А потом говорил Моисей. И может быть, первый раз в жизни Билли Бонс чувствовал что-то, чему он не мог придумать названия, но что другие люди называют счастьем, когда вместе со всеми он произносил: «Да, всё, что сказал Господь, мы исполним».

Ночью, он долго не мог заснуть. Он думал о прожитых годах, которые, как и карта, больше не имели значения. Он думал о людях, с которыми провёл день, и о тех днях, которые ещё проведет с ними. Он думал о смысле, которым так неожиданно наполнилась его жизнь… Но Билли Бонс не мог верить в пустоту. Не мог… Он посмотрел на скрывающую горизонт гору, и прошептал: « Я должен увидеть этого Бога! Я должен…».

Два дня они омывали свои тела и стирали одежды, готовясь к тому, что должно было навсегда изменить их жизнь. Билли Бонс был спокоен. Он знал, что Бог там, куда так часто ходит Моисей. Ждать оставалось не долго.

На третий день они собрались недалеко от горы, над которой гремел гром, и сверкала молния. Моисей запретил подходить ближе, наказав забить камнями всякого, кто осмелится ослушаться. Перед тем как уйти он сказал: «Ждите чуда»… Чем выше он поднимался, тем громче гремел гром. Свет молний был настолько ярким, что все закрыли глаза, упали ниц и начали молиться. Момент настал. Билли Бонс медленно пополз к горе. Ему еще никогда не было так страшно, но он не останавливался. С каждой секундой гром становился все сильней, а сил оставалось все меньше…И когда Билли Бонс осознал, что дальше ему уже не продвинуться, он поднял голову и попытался открыть глаза, но сверкнувшая в это мгновение молния ослепила его, и до ускользающего сознания донеслись слова: «Я Господь, бог твой…».

Билли Бонс открыл глаза и оглядел комнату. Сундучок стоял рядом с кроватью, за окном ярко светило солнце, за круглым столом сидел человек.

- Здравствуй, Билли. Узнаёшь?

- Чёрный пёс?

- Да, да. Чёрный пёс. Где карта, Билли?

Билли Бонс задумчиво посмотрел на Черного Пса, затем перевел взгляд на окно и улыбнулся.

- Здесь твоя карта, друг мой.

Сев на край кровати, он открыл сундучок и, найдя заветный свиток, протянул его изумленному пирату.

- Держи. Она твоя.

Вот каким замечательным человеком стал Билли. Жаль только, что цирроз печени уже не вылечить…

arnold_karasev@mail.ru — Mon, 30 Jun 2008 07:30:13 GMT

Этот "рассказ" написан специально для конкурса в сообществе grafo_ru. Каждый участник писал на выпавшую ему лично тему. Мне выпало "Небо на земле"...
PS "Рассказ" не получил ни одного балла:)

Встреча выпускников.

Лирическая пьеса в одном действии.

Действующие лица:

Георгий Александрович Сапожниченко – директор банка

Сергей Михайлович Барсук – директор завода

Анатолий Анатольевич Добряк – директор строительной компании

Александр Алексеевич Бобрых – владелец крупной сети ресторанов

Владислав Вадимович Пирожков – занимает высокую должность в аппарате президента

Виталий Станиславович Борщец – брат министра по туризму

Антон – имеет серьезные связи в министерстве финансов

Андрюша –продюсер известной поп певицы

Вадик - директор закусочной «Биточки от Аркаши»

Колька-вездеход – друг Вадика

Андрей Слоняев (школьная кличка - Слон) – парикмахер

Рустам Сулейманчиков (школьная кличка - Володька) – писатель, автор романа «Любовь на Титанике»

Сапог – неудачник и тряпка

Переводчик Свистунов – переводчик

Жанна Чпокс – место работы неизвестно

Наташа – майор милиции

Галина Сергеевна Заводная – библиотекарь

Арина Радионовна Лодкина (школьная кличка – Роза Люксембург) – временно не работает

Стефания Васильевна Бездонная (девичья фамилия – Шиндяпина) – директор модельного агентства

Томочка – жена Кольки-вездехода

Действие первое.

Через тридцать лет после окончания школы, учащиеся десятого «Б» встречаются в ресторане «Сибиряк». Кто-то добился всего. Кто-то не добился ничего. Но всех их объединяют воспоминания о бурной школьной молодости. Поэтому им приятно быть вместе. Настолько приятно, что они хотят продолжать общаться. В результате Георгий Александрович предлагает начать общее дело, чтобы «продолжать общаться на деловой основе». Предложение принимают с восторгом. После недолгой дискуссии выбор падает на отель. Отель выгодное дело. Особенно если он на берегу Черного моря. Тем более в Сочи. С получением разрешения на строительство шестизвездочного отеля в Сочи проблем не будет, так как это берет на себя Владислав Вадимович. Затем встает вопрос о названии. Хорошее название – залог успеха! Георгий Александрович хочет что-нибудь непременно творческое. «Чтобы отель звучал». Переводчик Свистунов предлагает следующие варианты: Очаг удовольствий; Голубая лагуна; Райский закуток; Смуглая леди; Дядя Степа; Григорьево царство; Ночная блажь; Рай на земле; В своей стихии; Бибигон; Поиграй со мной; Попался, голубчик; У Господа за пазухой; Счастливчик Мартын и прочие. После недолгой дискуссии выбор падает на «Небо на земле». Георгий Александрович доволен: «Небо на земле» звучит. Отель дело серьезное. Большая конкуренция. Необходимо что-то придумать. Какую-то изюминку. Переводчик Свистунов хочет что-то сказать, но его перебивает Жанна Чпокс: «Нужно сделать так, чтобы человек почувствовал себя как на небе!». Идею принимают с восторгом. Александр Алексеевич для такого дела берется собственноручно приготовить «фирменный напиток богов – нектар». В этот момент Колька-вездеход тихонько икает, но этого никто не замечает кроме Стефании Васильевны, которая оскорбляет Николая неприличным словом. Возможно, этот инцидент и вылился бы в славную драку, если бы не Георгий Александрович, предложивший выпить за «Небо на земле». Выпив, одноклассники принимаются обсуждать обслуживающий персонал будущего отеля. Переводчик Свистунов утверждает, что только обнаженные девушки с роскошными телами способны создать ощущение неба. На что Сергей Михайлович отвечает, что в строительстве публичного дома он участвовать не будет. Но Виталию Станиславовичу нравится идея женской наготы, и он предлагает построить не отель, а шикарную VIP-сауну. Андрей Слоняев брезгливо заявляет, что никакой сауны на небесах быть не может, а вот без бани «им там точно уж никак нельзя». В результате недолгой дискуссии все соглашаются, что «баня – это дело». А Сергей Михайлович, смущенно улыбаясь, даже говорит, что «ради бани он сам готов взять в руки долото». После того, как буря вострга затихает, все обращают свои взоры на Георгия Александровича, ожидая его одобрения.

Георгий Александрович: Ну, что ж. VIP-баня «Небо на земле»... Хм.... Это - звучит. Да, мне нравится. Тем более что такое место на берегу Черного моря, да еще в Сочи, обещает немалую прибыль. Да. Я доволен.

Все аплодируют и пожимают друг другу руки.

Георгий Александрович: Итак, друзья мои. Завтра я уезжаю на три дня в Андреевское. То есть, у вас есть три дня на то, чтобы подумать, что каждый из вас может сделать полезного и исключительного для нашего дела. И в воскресение я всех жду у себя на даче с деловыми предложениями. А теперь по домам! Засиделись уже.

Все уходят, кроме Кольки-вездехода, его жены, переводчика Свистунова, Рустама Сулейманчикова, Стефании Васильевны, Андрея Слоняева, Андрюши, Антона, Вадика, Сапога, Галины Сергеевны, Арины Родионовны, Жанны Чпокс и майора милиции Наташи.

Занавес.

arnold_karasev@mail.ru — Thu, 12 Jun 2008 20:16:46 GMT

Из мемуаров поэта Вознясенцева

(Найдено в ящике письменного стола во время обыска. Очевидно, черновик)

Случилось это лет пять назад. К тому моменту у меня уже вышло шесть книг. Работал я главным редактором литературного журнала «МладоПушкинец». Хотя все это не имеет сейчас значения. Рассказать я хочу совсем о другом. У меня был друг Андрей Антонович. Андрюша. Он и сейчас есть. Живет в Петербурге, работает главным бухгалтером где-то... Так вот, звонит он мне как-то и говорит: «Аркадий, ты у нас маститый поэт, так сделай доброе дело, помоги моему молодому родственнику. Он сейчас приехал из Тулы. У него там стишки какие-то. Я плохо в этом разбираюсь, но, как я понял, ему нужен совет. Одним словом, я дал ему твой номер. Помоги, дружище». Отказать ему я, конечно, не мог. Знаю я его с самого детства и... в общем, я ему многим обязан. Так вот, через пол часа после Андрюшиного звонка мне действительно звонит этот родственник по имени Коля, и я, конечно, приглашаю его к себе и обещаю помочь всем, чем смогу. Вечером он пришел. Такой скромный парень лет двадцати. С тетрадочкой пришел. Дальше я постараюсь в точности воспроизвести наш диалог. Очень уж занимательная была встреча:

- Здравствуйте, Николай. Проходите, садитесь.

Он сел в кресло и положил тетрадочку на стол.

- Что у вас? Стихи? Проза?

Он удивленно на меня посмотрел и ответил:

- У меня как бы рэпак.

- Что, простите?

- Ну, рэп.

- Угу... Очень интересно. Прочтите-ка.

Он открыл тетрадь и начал читать:

Я хочу с тобою лечь

Я хочу с тобой зажечь

Но ты не можешь даже встать

Ты пьяная Еб твою мать

- Так, - остановил я его, - А что вы этим хотите сказать?

Он покраснел и, опустив голову,спросил:

- Что, плохо?

- Нет, просто интересно, что вы хотите этим сказать. То есть зачем вы это делаете?

- Как это?

- Ну, какая у вас цель?

- Не знаю... Просто круто.

- Нет, подождите. Давайте разберемся. Насколько я понимаю, рэп предполагает выражение какой-нибудь острой, чаще всего социальной идеи. Например, вы можете выразить свое негодование по поводу низкого уровня жизни бедных слоев населения или засилья чиновников, взяточничества, коррупции и так далее. Верно?

- Ну да.

- Прекрасно. Попробуйте сейчас написать четверостишье. Скажем, о богатых. Добавьте социальной остроты и какой-нибудь игры слов что-ли... просто игры. Ведь слушателя нужно заинтересовать. Кстати, матершина это даже хорошо. Она усиливает смысл сказанного… при наличии смысла, конечно. Но только не перебарщивать. Договорились?

- Ага.

Он встал, походил по комнате и выдал следующее:

Босс в Москве жопой сидит на стуле

А я Ice Коля на тракторе херачу в Туле

Но я найду тебя и скажу тебе урод

Получи по харе ебаный в рот

- Так. Это конечно гораздо лучше... А что такое Ice Коля?

- Это моя рэперская кличка. Нас вообще двое: я – Ice Коля, и дружбан мой – Братец Фуцл.

- Что значит Фуцл?

- Это в четыре раза меньше чем Дэцл.

- Интересно. А что тогда в два раза меньше чем Дэцл?

- Пэцл.

- Ладно. Хорошо. А что у вас творится с ритмом?

- С ритмом нормал. В рэперских делах на бите все лежит.

Я не очень понял, что это значит, но спорить не стал.

- Ладно. С ритмом разобрались. Теперь по поводу мата. Здесь конечно перебор. С матом тоже нужно уметь играть. Нельзя просто ругаться. Из всего можно сделать искусство. Попробуйте еще раз. Напишите, допустим, про бедных. И не забывайте играть со словами, смыслом и так далее... И... если ругаетесь, то ругайтесь творчески. Помните, это должно быть интересно.

Про бедных я услышал вот что:

Народ голодает – не ест он и не пьет

Он надеется что новый день радость принесет

Но на утро проснувшись – все сначала опять

Вот она демократия еб твою блядь

- Уже лучше... насколько это вообще может быть хорошо. И последняя строчка... вызывает улыбку. То есть обнаруживает, так сказать, наличие фантазии. А теперь напишите про... про правительство, чиновников. Что-нибудь политическое. И постарайтесь в этот раз поиграть с рифмой. Хорошо?

Политическое получилось вот так:

Народ в Думе заседает не хило

В жопу всем вам шило

Будет мило

Из вас бы сделать мыло

Ice Коля скажет: Душа у вас прогнила

А в нашей - сила!

И с ним согласятся все чуваки в районе

Вот было бы круто отодрать Наоми

- Так. Во-первых, причем здесь Наоми? И кто это вообще?

- Это американская модель. Типо эротический момент. Пацанам понравится.

- Хорошо. Но вы понимаете, что к этому эротическому моменту нужно подойти.

- В рэпе, это, можно просто говорить о том, что видишь. Это тема такая.

- Пусть тема. А что значит «Будет мило»?

- Ну, типо, в жопу шило - это мило.

- Чего ж здесь милого?

- Ну, просто, клево.

- Вы понимаете, что это слово совершенно не подходит по стилю. Это, выражаясь на вашем языке, бабье слово. По крайней мере, в данном случае. Не нужно таких слов. Ищите синонимы. Знаете, что такое синоним?

- Да.

- Откуда?

- В школе проходили.

- Хорошо. Теперь давайте что-нибудь о международной политике. Скажем о войне в Ираке. И помните: острота, игра и никаких бабьих слов.

Вот что он написал про войну в Ираке:

Американский империализм схватил за горло всех арабов

В прошлом конокрадов

Им сукам нефть нужна чтоб двигать механизм

Вот и практикуют суки практически фашизм

Но до русских доплюнуть у них не хватит плевка

А ну-ка братец Фуцл подгони-ка еще пивка

- Так... Первое, какие конокрады? Они что – цыгане? С такими вещами нужно быть очень аккуратным. Если не уверенны в информации, не пишите. Придумайте что-нибудь другое. А в целом неплохо. То есть... лучше, чем было в начале. Давайте сделаем так: вы сейчас пойдете домой, а завтра утром я жду вас у себя. Часов, скажем, в десять. Подумайте и напишите мне законченный текст, учитывая все то, что я сказал вам сегодня. То есть: смысл, острота, игра и... В общем, чтоб было круто. Договорились?

- Да. Спасибо вам. В Туле никто бы так не объяснил.

На следующее утро он принес мне такой текст:

Рэп.

Группа «Гуталиновые Чудики»

Все мудаки

Ice Коля и Братец Фуцл рэп читают в Туле

А депутаты хе жируют – всю провинцию обули!

И у нас чтоб заработать есть только трактор под рукой

Попробуй прикоснись к нему – убью! Трактор мой!

Паскуда босс в Москве жопой сидит на стуле

А я Ice Коля на-на тракторе херачу в Туле

Но я найду тебя и скажу тебе подлец:

На тебе по харе и еще ногой в крестец!

Свободу Маза Фака – А- А. Всем людям маза фака – Е – Е.

Девчонки малолетки пьют и курят все

Не думая совсем о будущей семье!

И чуваки бухают и склонны к мастурбации

А чтоб страну поднять нужна здоровая нация!

Но Коля Ice везунчик – есть у него Аленка

Сможет с ней зачать он здорового ребенка!

Демография – А – А. Мафия – Е – Е

Американский империализм схватил за горло весь Восток –

Чтобы ихней нефтью свой пополнить stock

Им сукам нефть нужна чтоб их работал механизм

Вот и практикуют суки американский свой фашизм

Но до русских чтоб доплюнуть жидковата их слюна

А у нас ее в достатке Подставляй хайло На!

Вот тебе на. А – А. Вот тебе на. Е – Е.

Во всех концах планеты слышны стоны бедняков

В регионах у людей нет ни ботинок ни носков

Пацаны ширяются их мозг разрушает клей

А ну-ка братец Фуцл пивка еще налей-лей!

Чтоб было веселей-лей

Хей-чики-чики-хей-хей

Эх родина моя. Хей чики-чики-бля

С утра до вечера Ice Коля

Хреначит на картофельном поле

Но красивой жизни Коле не-ви-не-видать

Ведь родился он в деревне Еб твою мать

Всем на него насрать

Ему некуда бежать

Мир уже накрыл корпоративный люцифер

Но спасет нас красота типа Лопес Дженифер

Признаюсь честно, я не знал, что сказать. Поэтому я просто похвалил его за значительный прогресс, заметив, правда, что последняя строчка никуда не годится. Но он мне ответил, что о вкусах не спорят. С чем я, конечно же, согласился. А вообще... Не понять мне современную молодежь... Ни хрена не понять... Еб твою блядь...

arnold_karasev@mail.ru — Sat, 10 May 2008 18:37:43 GMT

Провокация

Америка. Город Колумбус, штат Джорджия. Четыре часа утра. Посреди реки Чатахучи – байдарка. В байдарке стоит гражданин Росси Георгий Замазкин, приехавший погостить к своей старой знакомой Тамаре Саркисян. Саркисян состоит в законном браке с американским гражданином Майклом Блюмером. Блюмер – военный. Он американский солдат. В городе много американских солдат, потому что неподалеку есть военная часть. Блюмер был против приезда Замазкина, но его жена очень настойчива. Приходится уступать. Много лет назад она состояла с Замазкиным в любовной связи. С тех пор они друзья. Замазкин приехал три дня назад, а сейчас он стоит в байдарке посреди реки Чатахучи и бьет веслом аллигатора. Аллигаторов запрещено бить веслом, но Замазкин не смог сдержаться. Потому как такого шанса больше не будет. Аллигатор уже не жилец. Он перестал реагировать на удары. Поэтому Замазкин втаскивает его за хвост в байдарку и гребет к берегу. Прибыв на берег, Замазкин привязывает аллигатора ремнем к дереву и начинает издеваться над бездыханной тварью. Через полчаса Замазкин устает и ложится на траву. Полежав, он отвязывает аллигатора, кладет его в мешок и с поклажей идет в ближайший полицейский участок. Важно отметить, Замазкин прекрасно говорит по-английски.

- Господин полицейский, я зверски убил аллигатора.

- Простите?

Замазкин вываливает на пол содержимое мешка.

- Я зверски убил аллигатора.

Вокруг собираются полицейские. Такого они еще не видели.

- А зачем вы это сделали?

- Еще в школе мечтал.

В полицейском участке воцаряется тишина. Даже убийца Стаут открыл от изумления рот. В итоге Замазкина сажают в камеру. Его будут судить за негуманное обращение с животными.

III

Суд. Присяжные. Обвинитель. Адвокат. Свидетели. Судья. Прочие.

Судья: Судебная экспертиза показала, что гражданин России Джордж Замазкин вменяем. Более того, у него самый высокий IQ в городе.

Замазкин: Господин судья, как вас зовут?

Все недоуменно смотрят на Замазкина.

Судья: Странный вопрос. Ну, Стив.

Замазкин: Стив, ты – говно!

Судья: Простите?

Замазкин: Вернее говнюк!

Замазкина выводят из зала суда. Ему грозит год тюрьмы за негуманное обращение с животными и штраф пятьсот долларов за оскорбление суда. Но внезапно на сцене появляется свидетель. Это некто Роджер Стэнтон, который, держа руку на Библии, утверждает, что он своими собственными глазами видел, как группа подростков расправилась с аллигатором и как Замазкин положил в мешок уже убитую тварь и понес ее в полицию. Так как других свидетелей по делу нет, то обратное доказать невозможно. Поэтому суд верит Стэнтону , тем более что он поклялся на Библии. Стэнтон счастлив: он всегда мечтал помочь России.

В итоге Замазкина приговаривают только к штрафу в размере пятисот долларов за оскорбление суда.

После суда Замазкин возвращается в дом своей бывшей одноклассницы и ее мужа. У Блюмера из-за этого дела будут большие неприятности на службе: американская армия не терпит хулиганства! Блюмер ненавидит Замазкина, но он слишком любит свою жену. Приходится терпеть. Замазкин гостит в их доме еще три дня. Блюмер, желая видеть Замазкина как можно реже, большую часть времени проводит на полигоне, усиленно практикуясь в стрельбе. Замазкин же с утра до вечера устраивает его жене «гуляй-валяй». Но Блюмер ничего не узнает. Потому как не его это дело. Через четыре дня Замазкин благополучно возвращается в Москву. На вопрос своих друзей: «Ну как?» - он отвечает: «Нормально». Такой вот сюжетец.

arnold_karasev@mail.ru — Mon, 21 Apr 2008 15:56:32 GMT

Порядок вещей.

Вся штука в том, что господина Даляна всегда волновали такие вопросы как, например: в каком районе в данный момент больше людей хихикает – в Кунцево или в Зюзино. Или: если перевести фразу «Напротив моего великолепного дома разбит чудесный парк с фруктовыми деревьями, сквозь пышную зелень которых можно увидеть дивное озеро» на африкаанс и суахили, то в каком из вариантов будет больше гласных. Или допустим: если положить на дорогу туго набитый деньгами кошелек и наблюдать за ним из-за укрытия метров с двадцати, то с какой скоростью будет бежать нашедший его человек, если резко выскочить из засады и закричать «Стой! Я поймаю тебя, подонок!». И все в таком духе. Более того, всегда, когда была хоть малейшая возможность ответить на интересующий его вопрос, бросались все средства, задействовались все знакомства, одним словом делалось все, чтобы эту возможность использовать. И самое главное господин Далян мог себе это позволить!

Поэтому неудивительно, что когда, подъезжая сегодня утром к зданию информационного агентства, он уже чувствовал творческий зов где-то, по его словам, в области паха. Но сама мысль пришла уже зале пресс-центра во время презентации новой книги его друга адвоката Балтайцева. Он оглядел весь зал, и его словно осенило: «А сколько интересно…».

В это мгновение в подвальном помещении дома напротив молодой грузчик Антон Щепилло, обхватив еще крепкое тело сорокатрехлетней укладчицы Зинаиды Цветник, страстно прошептал ей на ухо:

- Ну, давай же, давай…

- Ты что, мне же сорок три года…

- Ну, тогда…ну тогда, давайте…

По окончании презентации, сидя в кабинете директора информационного вещания, господин Далян, щурясь от удовольствия, спросил:

- Скажите, Георгий Андреевич, а сколько человек, по вашему мнению, можно разместить в этом здании, да так, чтобы проведя здесь сутки, они смогли бы целехонькими вернуться домой? Я имею ввиду максимальное количество…

- Ну не знаю, Сальвадор Фердинантович. Ну может тысяч десять-двадцать…

- Тысяч сто, любезный Георгий Андреевич. А может и больше.

- Ну, на счет ста тысяч я не уверен.

- Не уверены…а сколько, по-вашему, может вместиться в ваш кабинет?

- Ну…человек двадцать.

Далян снисходительно улыбнулся.

- Не меньше ста человек!

Директор недоверчиво оглядел свой кабинет.

- Ах, похоже, вы мне не верите…тогда смотрите.

Господин Далян поставил в угол стул, рядом с ним второй, затем третий, четвертый, пятый…

- Ага…получается, что вдоль этой стены можно поставить десять стульев. Видите?

Директор молча кивнул.

Тогда господин Далян сел на первый стул и поставил перед собой другой, но таким образом, чтобы колени не упирались в его спинку.

- Так…здесь мы ставим еще рядок.

Затем, измерив расстояние между первым и вторым стулом, он принялся считать.

- Ага…значит…один, два, три, четыре…ага…И того, - сказал он наконец, торжествующе улыбаясь, - мы имеем одиннадцать рядов. А теперь, умножаем десять на одиннадцать и получаем 110 человек. Причем удобно сидящих. Так за приличные деньги не одни сутки просидеть можно. Ну, что скажете?

В этом момент молодой фрезеровщик комбината железобетонных изделий № 6 Анатолий Щеглов, любуясь красивым телом своей новой подруги, провел шершавой ладонью по ее обнаженному бедру и страстно прошептал ей на ухо:

- У тебя такое красивое туловище…

- Что ж, вы правы, Сальвадор Фердинантович, - удовлетворенно сказал директор. - Но теперь нам остается только узнать площадь помещений нашего здания и вычислить количество…

- Георгий Андреевич,- с укоризной сказал господин Далян, покачивая головой. – Вы мне предлагаете взять калькулятор и заняться холодным расчетом?

- Ну а что же вы предлагаете?

- А упоительная сладость эксперимента? А наслаждение результатом после предпринятых усилий? Нет, мой драгоценный Георгий Андреевич, все должно быть натурально. Найдем сегодня добровольцев и завтра…

- Вы хотите прервать работу агентства на…сутки?

- А почему бы и нет? Ведь нет ничего невозможного…Тем более, что в здании хорошо бы ремонт сделать и аппаратуру новую не мешало бы…

В эту минуту молодой менеджер Сергей Тигрицин, насладившись красавицей Вероникой, счастливым голосом прошептал ей на ухо:

- Я куплю тебе весь мир…

- А когда?

Весь день Георгий Андреевич ходил по кабинетам вышестоящего руководства, подписывал распоряжения и давал указания. Прежде всего, необходимо было переместить все оборудование и мебель в подвальные помещения, площадь которых была предварительно вычислена, затем связаться с охранным агентством «Арнольд», для обеспечения повышенной безопасности, ну и наконец, набрать добровольцев, которым за участие в эксперименте было назначено денежное вознаграждение в размере полутора тысяч рублей каждому. Последнее господин Далян очень быстро обеспечил, связавшись с директорами крупных промышленных предприятий Москвы и Московской области. Остальное было делом расторопности Георгия Андреевича и денежных средств Сальвадора Фердинантовича, одно имя которого можно было считать гарантом успешного завершения дела. Эксперимент был назначен на завтра на девять ноль ноль. А сегодня была пятница. И нужно было многое еще сделать.

В эту самую секунду двое молодых ребят поднимались по ступенькам подземного перехода, следуя за необыкновенной красоты девушкой лет двадцати пяти, которая была так хорошо одета, что подходить к ней не имело смысла.

- Интересно, кто таких трахает? – спросил один другого.

Тут девушка обернулась и с улыбкой сказала:

- Такие же распиздяи как вы, только денег побольше.

В десять часов вечера Сальвадор Фердинантович Далян стоял у окна в своей роскошной квартире и смотрел с высоты на вечерний город. Президент страны не позволил проводить эксперимент. Не позволил. «А ведь это мог быть мой самый дорогой каприз», - с грустью думал господин Далян. «И самый грандиозный». Он уныло оглядел огромное пространство свой квартиры с ее старинной мебелью и персидскими коврами и снова начал смотреть в окно. Он всегда считал этот город своим. Он любил его, и был любим. Но сегодня ему было отказано в любви, и эта мысль, застряв где-то внутри, причиняла невыносимую боль. Как хотелось ему поделиться с кем-нибудь своим горем, выплеснуть эту так больно сдавливающую грудь печаль. Но поговорить ему было решительно не с кем. «Эх,- горько вздохнул господин Далян, сделав еще один глоток шампанского, - не все можно купить за деньги».

А между тем тысячи пар этого города предавались любовным утехам. Тысячи молодых людей различных специальностей страстно шептали своим избранницам разные глупости. Не говоря уже о случаях рукоблудия, которым, что скрывать, грешит большинство людей нашей планеты.

arnold_karasev@mail.ru — Fri, 18 Apr 2008 16:49:56 GMT

Разногласия полов.

- Маленький цирголейчик выскочил на замжилку и давай баргонить на разгольке.

- Прости, - спросила красавица Татьяна, поглаживая обтянутые тонким шелком платья бедра, - что ты сейчас сказал?

- Нужно дослушать до конца, радость моя. Там все станет ясно. Я просто новую форму открыл. Думаю, взорвет умы литературной элиты. Наберись терпения, милая. Я прошу тебя.

- Ну, давай. Читай свою новую форму.

- Итак…на разгольке…ага…Побаргонив чуток, цирголейчик надел ларзанчик, взял марзоньки и пошел гулять.

- А что такое ларзанчик?

- Танечка, солнце мое, ну прошу тебя, постарайся не перебивать. В конце тебе все станет ясно. Увидишь.

- Ну хорошо, хорошо, - согласилась обворожительная Таня, проведя руками по роскошным волосам, незаметно расстегнув при этом верхнюю пуговку блузки.

- Так, значит…гулять…Идет цирголейчик, марзоньками брякает. И тут ему навстречу жимбульчик ларцает. «Слабо, - говорит, ландероньку зашмакать?»

- Что сделать?

- Ну, цветочек-попугайчик, прошу тебя, дослушай. Ведь в конце тебя ждет сногсшибательная развязка. Я понимаю подход непривычный, но…одним словом послушай.

Шикарная Татьяна с легким раздражением застегнула верхнюю пуговку блузки.

- Так…значит…э-э-э…зашмакать. Вот. А цирголейчик ему в ответ: «Да запросто. Как два пальца помаржонкать!»

- А вот это я поняла!

- Танюша! Ну я же просил!

- Молчу, молчу. И соблазнительная Таня окинула взглядом комнату, ища свою сумочку.

- Так…А жимбульчик, значит, как пришвахнет цирголейчика по машкальне. Да так, что тот бзык, да зарбольки-то и позаштаркал.

- Семен! – сказала вдруг Таня.

Но тот продолжал читать, заметно повысив голос:

- Тогда жимбульчик зявкнул гаршамками, зимульки причувашил и закандачил бармазят с бесчувственного тела.

- Семен! – почти крикнула Татьяна.

Но Семен кричал громче:

- Но только он подумал, что следовало бы еще и баргончики прилукашить, как вдруг…

Но тут Таня закричала совсем громко.

- Вот идиот! Вот тупица! Просто не умещается в голове! – Она ходила по комнате в поисках своей сумочки.

- Радость моя…ведь это-ж…

- Сам теперь кандачь своих бармазят и шмакай свою ландероньку! Боже мой…Ну где же она…

- Ну мышулька-тигренок…

Но тут длинноногая Татьяна наконец нашла свою сумочку, с презрением посмотрела на Семена и бросив на прощание: «Будте здоровы, литератор!», вышла вон из квартиры, громко хлопнув дверью.

Посидев несколько минут в тишине, Семен Прастатенко с горечью сказал: «Да, молодые симпатичные девушки не любят современную литературу». И подняв опрокинутый красавицей Татьяной стул, пошел на ночное дежурство в магазин «Продукты Воды и Пиво».

arnold_karasev@mail.ru — Thu, 17 Apr 2008 19:46:39 GMT

Познакомлюсь с нормальной телкой с приличным окладом.
Коля.

(Друзья! Если у вас в носу возник фурункул, то немедленно бегите к доктору, чтобы он прописал вам антибиотиков. Нужно душить эту гниду в утробе. Мне вот пришлось ложиться под нож хирурга, который почему-то оказался очень похожим на моего старого преподавателя по контрабасу. Любите друг друга...Боже, как хочется пива...)

arnold_karasev@mail.ru — Sat, 02 Feb 2008 17:32:03 GMT

Scherzo[i]

«Черт!», - воскликнул Володька и побежал вниз. Владимир посмотрел ему в след и, ничего не сказав, закрыл дверь. Выбежав из подъезда, Володька, не замедляя бега, помчался вдоль по улице. Он бежал с широко раскрытыми глазами, крепко сжав кулаки, немного выпятив вперед грудь. Володька был осень возбужден.

- Велосипеда нету, понимаешь? Нету у меня велосипеда, - сказал Вовик с сожалением, но без колебания.

-Но как же так...где ж его теперь искать-то.

- Не знаю. Зайди, может, к Вовке. Вовчик по-моему у него сейчас живет. Они наверно что-то знают. А я его и в глаза не видел велосипеда твоего.

Володька вздохнул, сказал «черт» и побежал вниз. А Вовик закрыл дверь и сразу же забыл про Володьку, потому что ему было на него глубоко наплевать.

По дороге к Вовке Володька решил заглянуть к Вове, который наверняка был не причем, но ввиду специфики своей натуры мог что-то знать.

- Нет, старик, - серьезно сказал Вова, - не знаю я где он. Клянусь.

- Послушай, ведь ты всегда такой любопытный, ты же пролезаешь во все дыры, ты всегда обо всем знаешь.

- Э, полегче!

- Прости, я просто весь на нервах. Я так устал. Никто ничего не знает. И я так надеялся на тебя. Ты же наверняка вчера ходил к Володеньке, он ведь...

- А ты знаешь, что за такие слова я должен плюнуть тебе в харю, - сказал Вова и плюнул Володьке прямо в харю. – И еще вот так сделать. – добавил он и сделал, да так, что Володька....впрочем не важно. Затем он фыркнул и захлопнул дверь.

«Да, - пробормотал Володька, медленно вставая с холодного пола. – Черт, - сказал он уже чуть громче, вытирая плевок со лба, носа и щек. – Сука, - крикнул он наконец и сел на ступеньку. Посидев и немного придя в себя, Володька встал и начал медленно спускаться.

Когда он вышел из подъезда, его силы были уже практически восстановлены. Он попытался улыбнуться, чтобы немного приободриться и побежал.

Добравшись до Вовкиного подъезда, Володька огляделся вокруг, и, не увидев нигде велосипеда, пробубнил: «Ехе-хехе-хехе-хе». Потом он немного отдохнул и пошел вверх по лестнице. Бежать он уже не мог, потому что к тому времени он уже очень устал.

- Это тебе Вовик сказал прийти сюда? – спросил Вовка, - Хорошенькое дело...

- Ну так это...где велосипед?

- Милый мой Володька, здесь велосипеда нет!

- Ну как же это нет, - спросил Володька почти плача. – Я же обещал Владимиру Владимировичу.

- Ну а я то здесь при чем, - жестко ответил Вовка. Он был очень жестким человеком. – Не я же обещал. И вообще мне на тебя начхать! – сказал он еще жестче, громко хлопнул дверью и пошел в ванную мыть руки.

Володька очень тяжело вздохнул, что-то прошептал и медленно побрел вниз.

Когда он вышел из подъезда, ему было очень худо, поэтому он сел на бордюр и заплакал.

- Э-э, что хнычешь? – спросил вдруг кто-то.

Володька поднял голову и увидел перед собой молодого человека очень крепкого телосложения. «Наверно боксер, - подумал он, - Но я не покажу себя тряпкой, даже если он будет меня бить».

- Мне плохо, - гордо сказал он, - и поэтому я плачу. Плакать не стыдно. Слезы успокаивают.

- Да ладо, что ты так сразу. Я же не унизить тебя хотел. Так, просто спросил...Вальдемар, - сказал вдруг парень и протянул Володьке руку.

- Володька.

- Ну, рассказывай. Что там у тебя.

И Володька начал рассказывать.

Вечером они сидели в уютном кафе, пили пиво и разговаривали. Володька был уже немножечко выпивши, велосипед стоял снаружи, жизнь казалась прекрасной.

-Видишь, Володька, - говорил Вальдемар, пуская колечки дыма, – Владимир здесь совершенно не причем. Он вообще этих ребят не знает. Это только твой знакомый. Вовик тоже ничего не видел и не мог видеть, у него зрение минус восемь. Потом Вова весь вчерашний день провел у Володеньки, занимаясь черт знает чем. Вовка велосипед бы никогда не взял. Потому что человек он жесткий, но очень трусливый. Поэтому остается только Вовчик.

- Феноменально, - восхитился Володька. И как это у тебя выходит? Откуда ты все это узнал?

Вальдемар серьезно посмотрел на Володьку.

- Понимаешь, есть определенные законы, по которым все существует. Без этих законов во вселенной был бы хаос. Дело в том, что всем распоряжается сила, которую давным-давно человек возвел в догму, но со временем совершенно утратил в нее веру. И эта сила определяет судьбу каждого живущего на Земле и не только. Тебе вот суждено было найти велосипед, и эта сила послала тебе на помощь меня. Понятно?

- Не совсем...то есть совсем не понятно.

- Я ангел.

- Чего?

- Ангел.

- Ну да.

- Пожалуйста, ты можешь мне не верить.

- А почему ты так свободно говоришь об этом. Я ведь могу тебя поймать, - сказал Володька, но окинув взглядом мускулистое тело Вальдемара, осекся, - ну или сообщить ученым.

Вальдемар жестом остановил его.

- Не говори ерунды, ты же все понимаешь. Когда я исчезну, ты будешь помнить только то, что ты должен помнить. То есть все, что касается меня, полностью сотрется из твоей памяти. И вообще хватит болтать. Моя миссия закончена. Я должен идти. Прощай, Володька. Ты хороший парень. Только учти, ты должен отказаться от пива, иначе оно погубит тебя.

- Как это отказаться от пива?

- Прощай.

- Э...погоди...как это отказаться от пива...насовсем что ли?

Но вокруг уже никого не было. Володька был совершенно трезвый, велосипед стоял снаружи. Шел дождь.
Сложная штука жизнь!

[i] Скерцо, шутка (итал.)

arnold_karasev@mail.ru — Fri, 25 Jan 2008 06:49:05 GMT

Отцы и дети.

- Вот, взгляните. Достаточно только хлопнуть в ладоши, и он сразу начинает работать.

Продавец хлопнул в ладоши, и мальчик забегал по магазину.

- И долго он будет так бегать? – спросила старушка.

- Довольно долго. Там стоит очень мощный аккумулятор. Я думаю дня три. А в сухом климате и все четыре.

- Это почему ж в сухом четыре?

- Трудно сказать, - продавец почесал затылок, - физика наверно.

- Может и физика. А он мне не побьет посуду бегун-то ваш? А то у меня много чайных сервизов.

- Нет, об этом не беспокойтесь. Он запрограммирован на уклонение от препятствий любого характера. Вот прочитаете все в инструкции. Она на русском языке.

- Ну а остановить-то его как?

- Также в ладоши нужно хлопнуть.

- Так ведь так кто угодно в ладоши хлопнет, и он станет носиться, останавливаться...и еще чего-нибудь...не дай бог...

- Вы не волнуйтесь. Он настраивается в ручную на частоту голоса и ладошечных хлопков владельца. Поэтому слушаться он будет только вас. Сейчас он настроен на меня. Вот смотрите: «Эй, мальчик!». Мальчик сделал крутой вираж и побежал к продавцу. Добежав, он принялся бегать вокруг него, издавая звуки похожие на сдерживаемый восторженный смех.

- А вот теперь смотрите. Мальчик, стоять.

Мальчик остановился.

- А в ладоши хлопнуть? – спросила старушка.

- При хлопке в ладоши происходит полное отключение. А сейчас он просто находится в режиме ожидания следующей команды. Если команды не последует, он снова начнет бегать.

- Ну а попросите его что-нибудь еще сделать.

- Пожалуйста. Мальчик, чихай.

Мальчик начал чихать. Он чихал с удовольствием, далеко запрокидывая голову и вкусно морщась.

- Ну ладно, пусть перестанет, а то сломается что-нибудь.

- Чтобы что-нибудь сломалось, нужно действовать как минимум арматурой. Очень крепкое изделие. Мальчик, перестань чихать.

Мальчик перестал.

- Ну, хотите, чтоб он еще что-нибудь сделал?

- А говорить он может?

- Этот нет. Этот может только имитировать звук сдерживаемого восторга. Но есть другая, правда очень дорогостоящая, модель. Боюсь что...

- Да, не нужно очень дорогого. Мне ведь только одиночество скрасить. Сын приезжает только один, ну иногда два раза в неделю. А я привыкла, чтобы возня вокруг была.

- Для возни это лучший вариант.

- Да...этот, я думаю, мне подойдет. Ну а как его заряжать-то.

- Очень просто. Нужно хлопнуть в ладоши, в случае если не весь заряд израсходован, а потом, - продавец хлопнул в ладоши и снял с мальчика штаны, - просто подключаете его к розетке адаптером...вот адаптер, провод вставляется в эту дырочку...

- Фу.

- Да перестаньте вы. Это же машина. Только так мастерски выполнена, что почти не отличается от оригинальной модели. При проектировании учитывались все детали.

- А кто был моделью?

- Да не важно. Сын главного инженера. Короче, аппарат заряжается также, как и мобильный телефон. Ну, что скажете?

- Ну что скажу...надо брать, вдвоем все никак лучше.

- Прекрасно. Возьмите квитанцию и в кассу. А потом снова ко мне. Настроим на вашу частоту, упакуем, завяжем и даже доставим до дверей.

До дверей доставили, развязали и распаковали. Только одежду не оставили, сказали, что в комплект не входит. Но детских тряпок в доме было достаточно и «мальчик» сразу же получил новые зеленые штаны и красную кофточку. И зашелестела возня в доме, заполнил топот японского изобретения все пространство, и атмосфера сразу стала сугубо положительной, ибо неумолкающий звук сдерживаемого восторга вселит уверенность в кого угодно! Вот только длилось это всего несколько дней. Потому что примерено через неделю старушка забыла вовремя закрыть дверь, и мальчик выскочил наружу. А когда она опомнилась и выбежала на улицу, он был уже слишком далеко, чтобы слышать хлопки. Но она еще долго стояла перед домом, хлопала в ладоши и кричала: «Ма-альчик...Ма-а-альчик». А все от того, что пожилым людям очень непросто найти общий язык с тонкой дорогостоящей аппаратурой. Особенно в деревне.

arnold_karasev@mail.ru — Sun, 20 Jan 2008 09:45:26 GMT

Игра.

- Мой дорогой Жан-Пьер, вы говно!

Ему очень не понравилось это слово. «Почему ж именно говно? Ведь можно было бы сказать мерзавец, негодяй, ну или в конце концов паскуда...но говно...»

- Ну...я бы так не сказал, - ответил он.

- Нет, нет, нет! И не начинайте этого. Решено. Окончательно и бесповоротно! Вы – говно.

«Вот черт»,- подумал он. «Далось же ей это слово».

- Но зачем же так круто, Сисиль! Ведь всего лишь один поцелуй...»

- Не хочу ничего слышать! Убирайтесь вон из моей комнаты! И запахните халат!

Он склонил голову и молча вышел.

Ее звали Катя, его звали Саша, им было по двадцать с чем-то, они любили друг друга. «Я люблю тебя», - говорила Катя. «А я тебя», - отвечал ей Саша. И это была правда. Она работала менеджером по рекламе, он - менеджером по работе с клиентами. Здания, в которых они работали, находились совсем близко друг от друга, и поэтому они обедали вместе в своем любимом кафе на углу. Им было хорошо вдвоем.

Отойдя от комнаты примерно на три шага, он остановился, немного подумал и снова вошел.

- Послушайте меня, Сисиль, я ведь только хотел...

- Я честная девушка, месье Жан-Пьер! И я не позволю прикасаться к себе каждому проходимцу, позарившемуся на мои прелести.

- Но Сисиль...

- Честь – признак благородства, месье Жан-Пьер! Вам этого не понять.

«Да что ж такое», - подумал он и подошел к кровати.

- А так небрежно прикрывать одеялом лишь отдельные участки великолепного тела – тоже признак благородства? – спросил он и присел на краешек кровати.

Они любили читать детективы, ходить в кино и кататься на велосипедах. По вечерам они вместе ужинали в недорогих, но уютных ресторанчиках после чего, если была хорошая погода, они гуляли по центру города, держа друг друга за руки. На выходных они ходили по магазинам, а вечером встречались с друзьями – другими менеджерами по рекламе и по работе с клиентами.

- Я прекрасно знаю ваши уловки, месье льстивая душонка! – сказала она, еще выше задирая одеяло. Не видать вам этих прелестей, месье похоть, немедленно выйдите вон!

- Послушайте, Сисиль..., - сказал он и положил руку на ее бедро.

- Так значит вы не хотите понимать французского языка...так отведайте вот это, сказала она и ударила его по щеке.

Он резко встал, держась за щеку:

- Хорошо, Сисиль, вы сделали свой выбор. Больше вы меня не увидите, - сказал он и решительно направился к выходу.

- Хо-хо...

Она любила бутерброды с Докторской колбасой, он – креветки. Они любили петь в караоке и играть в боулинг. Но больше всего на свете они любили смотреть французские комедии с Пьером Ришаром. Они очень хотели съездить во Францию, увидеть Париж, попробовать настоящие круассаны...Они даже купили себе самоучитель французского языка и уже дошли до 246 страницы...Она говорила: «Жё пё парле сет ланг асэ бьян.». Он говорил: «Муа оси [1]».

Но дойдя до двери, он развернулся и бросился на нее:

- Ты все равно будешь моей...все равно.

Они занимались любовью почти каждый день. И насладившись друг другом, они молча лежали в тишине, нежно обнимаясь.
- Я люблю тебя, Саша, - сказала Катя.
- А я тебя, - ответил Саша.
- Давай еще раз.
- Давай.
- Вы негодяй, мой дорогой Жан-Пьер!.
«Ну вот», - удовлетворенно улыбаясь подумал Саша, - «А то ишь чё вздумала – говно!»

[1] Я говорю на этом языке достаточно хорошо. Я тоже. (Фр)

arnold_karasev@mail.ru — Fri, 14 Dec 2007 13:08:05 GMT

Сегодня мне исполнилось 29 лет...и это уже меньше похоже на шутку...

arnold_karasev@mail.ru — Fri, 07 Dec 2007 15:57:20 GMT

Хорхе Луис Борхес

(Перевод с испанского Кокорин Денис)

Иоанн, I, 14

Как в сказках на Востоке говорится,
Один эмир, потешиться в надежде,
Без стражников бродил в простой одежде
По городу, где можно заблудиться,
В толпе, среди людей обыкновенных,
Которых не назвать по именам.
Сегодня, как халиф всех правоверных
Гарун, Всевышний выйти хочет к нам.
От матери обычной он родится,
Как те, кто скоро в пепел превратится.
Весь мир вновь попадет к нему в объятья:
Пространство, воздух, завтра, хлеб и розы,
Но после снова мученика слезы,
Насмешки, гвозди и опять распятье.

JUAN, I, 14

REFIEREN LAS HISTORIAS orientales
La de aquel rey del tiempo, que sujeto
A tedio y esplendor, sale en secreto
Y solo, a recorrer los arrabales
Y a perderse en la turba de las gentes
De rudas manos y de oscuros nombres;
Hoy, como aquel Emir de los Creyentes,
Harún, Dios quiere andar entre los hombres
Y nace de una madre, como nacen
Los linajes que en polvo se deshacen,
Y le será entregado el orbe entero,
Aire, agua, pan, mañanas, piedra y lirio,
Pero después la sangre del martirio,
El escarnio, los clavos y el madero.

arnold_karasev@mail.ru — Sun, 18 Nov 2007 11:42:00 GMT

Империя

Глава шестая

Говорили, что в этом лесу можно найти свое счастье. Говорили, правда, шепотом и в очень тесных компаниях. Хотя ходить в лес официально никогда не запрещали. Шепотом говорили из страха перед лесом. Ведь лес также мог лишить всего. По крайней мере, так говорили. Вообще, счастливых людей в городе было не много. Человек пять или шесть. И уж точно не благодаря лесу. Говорили, что в лесу можно исчезнуть. Но единственным, кто исчез, был Ворчун. И исчез он только на несколько дней. Напившись огурцовки, он перепутал дорогу, забрел в лес и несколько дней блуждал по чаще, едва живой от похмелья и страха, пока, наконец, не вышел к заводу по производству сыворотки. Оттуда, на черном служебном автомобиле, его привезли в управление и после короткого допроса отпустили домой. Пить Ворчун не бросил, но стал осторожнее. Говорили, что лес дарует счастье только тем, кто приходит туда чистым. Но после последнего указа Знайки приходилось часто стоять на коленях перед сотрудниками КБГ.

Незнайка грустно посмотрел на грязные коленки своих белых порток (на попе портки тоже были довольногрязны, так как Незнайка очень любил посидеть на холодной земле) и пробормотал: «Не видать мне сегодня счастья». Но в лес все равно тянуло, хоть и было очень страшно.

Посидев немного на холодной земле, Незнайка все же решился войти в лес. Но в это мгновение он услышал за спиной приятный бархатный голос:

- Но колоно, сочонок!

Незнайка послушно опустился на колени.

- А теперь снимай штаны. Ха-ха-ха.

Незнайка обернулся и увидел перед собой, сложенного от смеха вдвое, Гуслю. Тогда Незнайка поднялся с колен, подошел к Гусле и ударил его кулаком в висок.

Намахавшись всласть кулаками (драка длилась от силы минуты две), счастливые друзья легли на холодную землю, и Гусля пробормотал:

- Да, славная была драка.

- Да, - согласился Незнайка, Драка была ничего себе. Вот только Снежинка будет злиться. Она ведь запретила мне драться.

- Ничего. Она не заметит. Я ведь тебя больше по ребрам бил.

- Это да.

Полежав минут десять, они встали и начали молча смотреть на лес.

- Не пойдем, - сказал Гусля.

- Не-е, не пойдем. Мы слишком грязные.

- Да. Чрезвычайно.

И взявшись за руки, добрые друзья помчались прочь от этого леса.